Часть 1. Система гласных чеченского языка

Характеристика системы гласных чеченского языка

  Чеченский язык относится к одному из наиболее богатых по составу гласных языков восточнокавказской группы.  
Общее количество гласных фонем в нем насчитывают до 30-ти. Различают: обычные, назализованные, умляутизированные, редуцирован­ные гласные монофтонги и дифтонги. Некоторые исследователи выделяют полудолгие (краткие открытые) и трифтонги [Дешериев, 1960, с.48-49; 1963, с.183-184]. Существенно различаются между собой по составу гласных не только языки нахской груп­пы, но и диалекты чеченского языка. Среди языков и диалектов нах­ской группы наиболее простая система представлена в чеберлойском диалекте, и ее можно считать в определенных пределах исходной для всех нахских языков; наиболее же сложная система представлена в плос­костном (или нохчийском) диалекте (и в чеченском литературном языке). Обращает внимание, что в сложности систем гласных в диалектах чеченского языка прослеживается опре­деленная зависимость от близости территории их распространения к равнинным районам.

Сравнительный анализ систем гласных диалектов чеченского языка, ингушского и близкородственного им бацбийского с учетом фонетичес­ких закономерностей изменения гласных в этих языках дает основание считать, что исходная система гласных чеченского языка была простой [Имнайшвили, 1974, с.118-119; 1977, с.170; Гагуа, 1956; Дешериев, 1963, с.517-521]. Сложная система гласных чеченского языка — результат усложнения исходной простой системы, обусловленного определенными фонетическими закономерностями их изменения.

«Богатая система гласных сванского (среди картвельских), чечен­ского (из нахских), лезгинского (из дагестанских)... не меняет по­ложения: сопоставление с другими языками той же группы показывает, что богатство гласными явление вторичное, причем ясно прослеживает­ся позиционная обусловленность большинства гласных, образующих слож­ные системы (умляут, назализация, долгота позиционная ...).
Таким образом, бедность гласными следует рассматривать как исто­рически древнюю черту звуковой системы иберийско-кавказских языков» [Чикобава, 1974, с.46].

Таблица классификации гласных чеченского языка

 В плоскостном (нохчийском) диалекте, чеченском литературном языке, характеризующихся наиболее сложной системой гласных, представлены:

I. Монофтонги
Обычные: недолгие а, э, и, о, у
долгие , , , ,
Умляутизированные: недолгие аь, оь, уь
долгие ь, ь
Назализованные: недолгие ан(н), ин, ун
долгие нннн
II. Дифтонги
Обычные: недолгие иэ, уо
долгий у
Умляутизированные: недолгий уоь
Назализованные: недолгие иэн, уон
[См.:Дешериев, 1960; 1963, с.176-177; Имнайшвили, 1977, с.28].

  Обычные недолгие гласные в инлауте и ауслауте двух и более сложных слов подвержены редукции. В плоскостном чеченском редуцированные варианты всех обычных недолгих глас­ных на слух воспринимаются как редуцированный вариант а, неис­кушенный слух может их и вовсе не воспринимать. В чеберлойском все гласные во всех позициях выговариваются четко, что придает чеберлойской речи своеобразный певучий характер; в хилди­ха­ройском редуциро­ванные варианты гласных даже в абсолютном исходе определенны на слух.
Обычные недолгие а, и в ингушском и некоторых горных диалек­­тах могут редуцироваться и в начальном слоге основы:
а и   . В специальной литературе  и   квалифицированы как фонемы [Мальсагов Д.,1941, с.45; Дешериев, 1963, с.209-210; Имнайшвили, 1962, с.237-250; 1977, с.37-38].

  Умляутизированные гласные позиционно обусловлены (регрессивная дистанционная ассимиляция), они результат либо палата-лизации непалатальных: а (, у,, уо, у) ... и → аь (ь, уь, ь, уоь) ... и, либо лабиализации палатальных гласных: и (, иэ) ... у → уь (ь, уоь) ... у. В некоторых случаях умляутизированные являются результатом слияния гласных (в формах односложных слов, а в ингушском и в конечном слоге форм прошедшего совер­шенного времени глагола и деепричастия прошедшего времени).

Из умляутизированных гласных в ингушском широко представлен  ь и всего в нескольких словах − уь, оь. Умля­ути­зированные гласные были широко представлены в ингушском еще до недавнего времени, но утрачены в результате процесса депалатализации (делабиализации) умляутизированных гласных, действие которого, по справедливому замечанию Д.Д.Мальсагова, было ускорено отчасти искусственным путем [Мальсагов Д., 1941, с.40-45]. Нет умляутизированных гласных в некоторых гор­ных диалектах (напр., в чеберлойском) и в бацбийском языке. Их здесь и не было.

  Назализованными могут быть обычные (недолгие и долгие) монофтонги и дифтонги. Выступают они всегда только в конечной позиции, в которой обычные недолгие назализованные монофтонги подвержены редукции и на слух воспринимаются как н. Исключение составляет ин в качестве форманта прошедшего только что времени. 
Назализованные гласные представлены во всех языках нахской группы и их диалектах. Назальность является фонематическим признаком гласного [Dirr, 1928, c.132-133; Мальсагов Д., 1941, с.37- 40; Имнайшвили, 1962, с.238; Дешериев, 1963, с.216-219; Арсаханов, 1969, с.17]. Слабо выражен назальный призвук гласных в ингушском, за исключением исхода односложных слов. Можно говорить об ограниченном употреблении назализованных гласных в ингушском, но не об их отсут­ствии.

Назализованные гласные вторичного происхождения — результат частичной редукции артикуляции постпозиционного н (артикуляции смычки) (Гн > Гн, при полной редукции артикуляции н Гн > Г) [Мальсагов Д., 1941, с.37; Гагуа, 1956, с. 469-476; Имнайшвили, 1977, с.31; Дешериев, 1963, с.335; 1960, с.4; Яковлев, 1960, с.20].

 Не все гласные монофтонги вайнахского языка сохраняют одинако­вое качество на протяжении произнесения. Такие гласные как  ьо, , э могут быть определены как дифтонгоиды. Надо думать, что неоднородный характер артикуляции о, , э,  на протяжении произнесения привел к развитию их в дифтонги уо, иэ. Такой вывод подтверждается данными бацбийского и ингушского языков и заимствованной лексики.

 Дифтонги, отмеченные в чеченском языке, подраз­де­ля­ют­­ся на: 1) развившиеся из оттенков гласных монофтонгов; 2) полученные в результате слияния гласных, определенную роль в котором сыграла и способность согласных  в и  й  к вокализации в определенных фонети­ческих условиях.

  Долгие гласные, надо полагать, развились в самос­то­ятельные фонемы из вариантов гласных ударного слога. Долгие гласные полу­чены и в результате слияния гласных или интонационного их усиле­ния, использованного как средство усиления и конкретизации значе­ния.

  Все гласные в анлауте произносятся с твердым приступом, воспринимаемом на слух как некоторая задержка в голосе. Мы не располагаем данными, которые давали бы основание квалифицировать его ларингальным согласным, встречающимся в инлаутной и ауслаутной позициях. Скорее всего, мы имеем дело с акустическим эффектом, связанным с переходом речевых органов к артикуляции ауслаутного гласного с нейтрального положения.

  Чеченский, как и остальные нахские языки, не терпит скопления гласных. В случае стечения гласных наблюдается их стяжение, переход одного из гласных в щелевые  в  или  й, редукция (выпадение) одного из гласных.

  Гласные вторичного происхождения как лабиальные, так и палатальные не вызывают, за редким исключением, изменение гласных предшествующих им слогов основы.

  Исходная система гласных чеченского языка относительно легко реконструируется методом сравнительно-сопоставительного анализа систем языков этой группы и их диалектов. Этому способствует и возможность их расположения в ряд по степени осложнения вокалической системы: от относительно простой (системы, представленной в чеберлойском диалекте) и до сложной системы плоскостного (нохчийского) диалекта и литературного языка. Сложная система гласных в нахских языках — результат усложнения первоначальной простой системы, присущей вообще языкам иберийско-кавказской семьи [Чикобава, 1974, с.46]. Анализ гласных именных и глагольных основ, с учетом выявленных строгих фонетических закономерностей изменения гласных, показывает, что сложная система гласных современных нахских языков — результат постепенного усложнения исходной простой системы, которая могла быть представлена гласными а, и, у.

  Фонемный состав языка не является, как известно, чем-то постоянным и неизменным. Он находится в состоянии неус­той­чивого равновесия. По разным причинам в потоке речи могут возникнуть оттенки фонем, которые в результате действия раз­личных языковых факторов могут развиться в самостоятельные фонемы. Возможно и обратное явление, когда фонема либо исчезает, либо входит как оттенок в состав другого артику­ляр­ционно близкого звукового типа. [Зиндер, 1960, с.60-68; Торсусев, 1960]. Следует учитывать и то обстоятельство, что после лексики звуковая система является наиболее чувствительной к внешнему воздействию областью языка. Этот фактор приобретает значение особенно в современную эпоху, с развитием массового активного национально-русского двуязычия, с распространением самого русского языка, ставшего основным или практически даже единственным языком межнационального общения, языком приобщения к достижениям культуры, науки, просвещения других народов.

Об изученности системы гласных чеченского языка

  Вокализму нахских языков в специальной литературе уделено достаточно внимания. Как частный вопрос он рассмотрен в трудах П.Услара, А.Шифнера, А.Дирра, Ю.Дешериева, Д.Маль­сагова, Н.Яковлева, И.Арсаханова, Т.Дешериевой, А.Ма­циева, М.Чентиевой и др. (См.: Литература). 
Специально вопросам вокализма посвящены работы Д.Имнайшвили [Имнайшвили, 1969, 1974, 1977], Р.Гагуа [Гагуа, 1956], Ю.Дешериева [Дешериев, 1960, 1960], А.Соммер­фельтa [A.Sommerfelt, 1933], А.Магомедова [Магомедов, 1974], И.Арсаханова [Арсаханов, 1981]. 
В специальной литературе по-разному представлена система гласных нахских языков и исторические процессы ее развития. Это обстоятельство может быть квалифицировано свидетельством исключительной сложности решения вопросов системы и истории вокализма этих языков.

  П.Услар отмечает в чеченском пять основных гласных: а, е, i, о, у, каждый из которых «выговаривается то протяжно, то кратко» [Услар, 1888, §3]. Из дифтонгов отмечены: iе, уе, уi, уо, а также jа, jе, ji, jо, jу,  и аj, еj, ij, оj, уj. 
Не обозначена редукция гласных, но на приводимых П.Усларом примерах видна их позиционная редукция [по Услару:
берiг «глаз» — мн. ч. бергiш; гант «скамья» (< ганат); дечиг «дрова, дерево (вещество)» мн. ч. дечгiш; ечiг или ечiк «железо» — род. п. ешгi , мн. ч. ешгiш], что было отмечено уже А.Шифнером [Schiefner, 1864, §14, 17].

П.Усларом впервые отмечено фонематическое противо­поставление гласных по долготе и краткости: «Относительно слогоударения отме­чу, что большею частию падает оно на последний слог; впрочем, оно далеко не имеет той резкости, какую имеет, например, в русском и италианском языках. Иногда весьма трудно даже подметить слог, на ко­торый оно падает. Главную роль в чеченском языке играют долгие и короткие слоги, на что и должно обращать особое внимание» [Услар, 1888, §7]. Долгота гласных в чеченских словах отмечена П.Усларом  достаточно точно.

Назальный призвук гласного П.Услар квалифицирует как самосто­ятельный согласный, который он обозначает через : «  () есть носовое н, но не французское n nasal, а скорее турецкое sagher noun . н почти постоянно приобретает это свойство, когда случается ему находиться в конце слова» [Услар, 1888, §5]. На­зализованные гласные в чеченском переданы П.Усларом через сочета­ние соответствующего гласного с .

Не отмечает П.Услар и умляутизированные гласные, в связи с чем особый интерес представляет передача им гласных, которым в современном чеченском соответствуют умляутизированные. Так, на месте аьь современного чеченского в записях П.Услара в некоторых случаях находим е, , на месте уь, ь, оь(уь закономерно уi, у, уе, у, причем уi, уе П.Услар называет дифтонгами [Услар, 1888, §4].

А.Шифнер обратил внимание, что в некоторых словах на месте уi в примерах П.Услара, в произношении природного чеченца Мурада Гиреева5, слышится  (уь); например, nr «седло», tri «сказка», lsti «частый» [Schiеfner, 1864, 5. IV]. П.Услар и сам видел «допускаемые им неточности»6 в передаче гласных, что следует из его пояснений к произношению отдельных слов:

«В середине слов, после согласной, оно (гласный а — А.М.) подчиняется её влиянию; так, напр. после л и  оно произносит­ся как бы долгое я после согласной, напр. лтта, земля, произно­сится как бы написано было: лятта» [Услар, 1888, §3]. 
«В чеченском языке есть , которое соответствует русскому ю в слове юный, но французского u нет, кроме как в означенных дифтонгах. Таким образом гу «тюфяк» произносится как бы напи­сано было гюе; туiрi — род. п. от тур «меч» как бы написано было тюiрi; в слове вуеде «уходит» у более приближается к первоначальному звуку своему, чем в гу, но не есть чистое у, какое находим мы в ву «есть» [Услар, 1888, §4].

«Теперь вопрос сводится на то, выражается ли настоящее чечен­ское произношение посредством нюр или нюйр. Сначала мне каза­лось, что я слышу простое нюр, но чеченцы решительно восставали против этого и находили верным нюйр; прислушавшись к их выговору, я убедился в верности их слуха» [Услар, 1890, с.23. Письмо к А.Шифнеру].

Замечания А.Шифнера и сопоставление приведенных высказываний П.Услара дает основание считать, что умляу­ти­зированные гласные в чеченском были представлены уже в период исследования его П.Усларом.

Выделяет П.Услар в чеченском и комплексы гласных: ii, аа, уу. От внимания П.Услара ускользнул ларингальный смычный , он квалифицировал его как перерыв в голосе при произнесении гласного. 
«Встречаются слова, при произнесении которых голос внезапно прерывается; та буква, на которой он прерывается, обозначается особым знаком () джезмой, напр. даjар «умерщвляться в большом числе», хiiна «было известно», huоа «пуля», [Услар, 1888, §6].

«Перерыв в голосе» обозначен в изданной работе П.Услара не только , но и надстрочным знаком  [дi  «четыре», шi «два», kуо «три»]; такую же его передачу мы находим и в работе А.Шифнера: di «четыре», pxi «пять»; [ga (th. xa) Pl. Ganas  «die Hfte»]. В отдельных случаях ни П.Услар, ни А.Шифнер его во­обще не обозначают: даар «кушать».

  Одной из самых замечательных работ по чеченскому языку до­революционных исследователей следует признать моно­графию А.Шифнера Tschetschenzische Studien [Schiefner, 1864]. Результат работы над чечен­ским языком был доложен А.Шифнером Третьему отделению Академии на­ук 16 октября 1863 года. Отдельным изданием работа вышла в 1864 году. К изучению нахских языков А.Шифнер приступил задолго до П.Услара. В 1853 году он приступает к изучению Thusch-Sprache (бацбийского языка). В 1855 году публикует «Kurze Charakteristik die Thusch-Sprache» [Schiefner, 1855], а в 1856 году монографию «Versuch ber die Thusch-Sprache oder die Khistische Mundart in Thuschetien» [Schiefner, 1864].

Среди кавказоведов укоренилось мнение, что работы А.Шифнера по кавказским языкам являются переложением на немецкий язык работ П.Услара7. Действительно, А.Шифнер ввел работы П.К.Услара, которые так и не были опубликованы при его жизни, в научный обиход, издав их в своем переизложении на немецкий язык. Переизлагал он их с существенными дополнениями и изменениями. Все эти работы изданы под однотипным названием «Ausfuhrlicher Bericht ber Baron P.v.Uslar ... studien» [по абхазскому (1863), казикумухскому (лакскому) (1866), хюркилинскому (дар­гинскому) (1871), аварскому (1872), кюринскому (лезгинскому) (1873) языкам]. Нет только «Ausfuhrlicher Bericht ber Baron P.v.Uslar Tschetschenzische Studien».

Собственные исследования А.Шифнера по кавказским языкам озаг­лавлены: «Verzuch ber die ... Sprache» (по бацбийскому, аварско­му, удинскому), работа по чеченскому языку озаглавлена не «Verzuch ...», a «Tschetschenzische Studien», вероятно, по той причине, что это работа иного плана, чем все пред­шествующие. Надо думать, что «Tschetschenzische Studien» А.Шифнера — первая работа сравнительно-исторического плана по вос­точнокавказским языкам. Нисколько не умаляя заслуг П.Услара, надо сказать, что начало подлинно научного изучения восточнокавказских языков было положено исследованиями А.Шифнера: «Kurze Charakteristik der Thusch-Sprache» (1854), Versuch ber die Thuschsprache oder die Khistische Mundart in Thuschetien» (1856), «Versuch ber die Awarische» (1862), «Tsche-tschenzische Studien» (1864).

П.Услар приступил к изучению чеченского языка в 1862 году, авар­ского в 1863. П.Услар нигде не упоминает работ А.Шифнера, хотя и пользуется его покровительством и услугами.

В предисловии к «Tschetschenzische Studien» А.Шифнер пи­шет, что с выходом работы П.Услара он имеет возможность сравнить тушский с близким ему чеченским, которой он был лишен при описании тушского из-за отсутствия достоверного научного описания чеченского [Schiefner, 1864, s.1]. Отсюда следует вывод, что «Tschetschenzische Studien» с самого начала была задумана А.Шифнером как работа сравнительно­го (сопоставительного) плана.

А.Шифнер использовал, кроме материалов чеченской грамматики П.Услара, которые он перепроверил в произношении природного чеченца Мурада Гиреева, тексты из букваря Кеди Досова8 и материалы, доставленные ему А.Берже.

Не повторяя общеизвестные положительные стороны работы А.Шифнера, на которые будет указано в ходе изложения, оста­но­вимся на не­которых неточностях, допущенных им в силу не зависевших от него причин, тем более, что фонетическое чутье и талант А.Шифнера неос­поримы.

Назальный призвук гласного А.Шифнер вслед за П.Усларом квали­фицирует как самостоятельный согласный : «Тушскому совершенно чужд легкий назальный n, более беглый, чем французский назаль­ный n, который встречается как в середине, так и в конце чеченских слов» [Schiefner, 1864, §1]. Назализованные гласные наличны и в бацбийском, что было доказано последующими исследованиями, но назальность их, четко различаемая природными бацбийцами, слабо выражена и практи­чески не уловима для неискушенного слуха европейца. А.Шифнером описаны случаи утраты согласного н в бацбииском в конечной позиции [Schiefner, 1856, §59; 1864, §1, 51], но осталось незамеченным, что не во всех случаях имеет мес­то полная редукция его артикуляции.

А.Шифнер выделяет в чеченском комплексы (группы) гласных: «аа, ii, uu; ie, i , ue, u; ai, ei, ui; uo, u ; eu, iu, ou; кроме того iea, uoa, uei, uoi, iei; даже встречаются слова, как huou «сквозь шар», huei «к шару», от huoa» [Schiefner, 1864, §3].

В основном с поразительной точностью описывает А.Шифнер ряд фонетических процессов гласных (редукция, стяжение, образование дифтонгов). Впервые им описаны случаи регрес­сивной ассимиляции гласных. Хотя не все объяснения изменений гласных можно признать удачными, вызывают удивление наблю­дательность и фонетическое чутье А.Шифнера. Допущенные неточ­­ности, надо полагать, обусловлены недостатками в фиксации языковых фактов в материалах, которыми он располагал.

Перестановка i конечного слога внутрь основы у А.Шифнера только при гласном основы u; ui квалифицирован как дифтонг: [dûlar «напрягать», Imperf. duili; bun «палатка», G. buini] [Schiefner, 1864, §5], во всех же остальных случаях говорится уже об ассимиляции гласного основы гласным конечного слога: гласный а основы ассимилирован гласным i последующего слова в e [kezi (Th. kac) «щенок», lerig (Th. lark) «ухо»; ga «ветка», G. gêni() Pl. gênis‘] [Schiefner, 1864, §10], а гласным u конечного слога в o [olxazur «птица», vergl. Th. alxazur; loxu (Th. laxu) «низкий»] [Schiefner, 1864, §11]; если же корневой гласный дифтонг uo, последующее i ассимилирует, по мнению А.Шифнера, его второй элемент в e [stuom «фрукт», G. stuemi, tuop’ «ружье», G. t‘uep‘i] [Schiefner 1864, §12].

Хотя А.Шифнер и отметил в предисловии, что в произношении Мурада Гиреева он в ряде случаев слышит умляутизированное , но тем не менее, оказался под влиянием записей П.Услара и вслед за ним квалифицировал умляутизированное  как дифтонг ui, а умляутизированный дифтонг ио как ue.

  Н.Яковлевым рассмотрены некоторые фонетические процессы в области гласных в связи со спряжением глагола и склонением имени в чеченском языке. Н.Яковлев различает два типа изменений гласных именных основ: первый тип (первичное чередование), второй тип (вторичное чередование). Первичное (древнее) чередование — замена лабиально­го или палатального гласного формы именительного падежа гласным а в формах косвенных падежей единственного и всех падежей множественного числа [Яковлев, 1960, с.5-6, 9]. Древним оно считается потому, «что наблюдается также во многих дагестанских языках» [Яковлев, 1960, с.6] и в чеченском и ингушском языках «может быть объяснено лишь на основе сравнительного изучения тех дагестанских яфетических языков, которые имеют такое чередование» [Яковлев, 1960, с.9]. Первичное чередование, по Яковлеву, и замена гласных у, и, е осно­вы именительного падежа единственного числа гласным а имели место в падежных формах множественного числа [тур «меч», мн. ч. таррш; вир «осел» мн. ч. варрш].

Все остальные случаи изменения гласных именных и глагольных основ квалифицированы Н.Яковлевым как вторичное чередование или яв­ление умлаута (умлаут лабиальный и умлаут палатальный), являющие­ся результатом эпентезы гласного конечного слога внутрь основы. Вторичное чередование гласных, по мнению Н.Яковлева, явление более позднее, т.к. «свойственно исключительно чеченскому и бли­жайшим к нему языкам (ингушскому, бацойскому)» и развилось, собст­венно, в чеченском языке, «так как до сих пор сохранились диалекты, не имеющие данного чередования (напр. чеберлойский диалект че­ченского языка» [Яковлев, 1960, с.6].

Положения об изменениях гласных именных и глагольных основ Н.Яковлев иллюстрирует на примере гласного а():

«Умлаут в именных корнях
а) Лабиализованный (огубление)
Ингушский язык Чеченский язык
«а» долгое «оа»9 «о» долгое
«а» краткое «о» «о» краткое
б) Палатализационный (смягчение)
«а» долгое «аь (эаь «е» долгое
«а» краткое «е» «е» краткое» [Яковлев ,1960, с.8].

Изменения а при образовании форм настоящего и прошедшего вре­мен представляются в такой последовательности:
1. Лабиализация гласного а основы
аауо [луаулуулу → ла]
2. Палатализация гласного а основы
ааиаьэ [али(н) → аили(н) → эли(н) → эла(н)].

Н.Яковлевым отмечена зависимость изменения а от характера слога (в открытом слоге а > э в закрытом слоге а >  аь). Пере­ход а > аь в закрытом слоге объясняется ослаблением действия палатализации. Сужение корневых уо > у, иэ >и  у Н.Яковлева — дальнейшее огубление «не вполне огубленного уо» и дальнейшее смя­гчение «не вполне смягченного иэ» [Яковлев, 1960, с.166].

  По мнению Ю.Дешериева, сложная система гласных нахских язы­ков обусловлена следующими причинами:
1) фонематическое противо­поставление гласных по долготе и краткости; 2) широкое употребле­ние у(w) в качестве одного из составных элементов многих дифтон­гов; 3) участие и(й) в образовании целого ряда дифтонгов;
4) фонематическое противопоставление открытых (широких) и закрытых (узких) гласных; 5) образование монофтонгов и дифтонгов переднего ряда; 6) тенденция дифтонгизации монофтонгов [Дешериев, 1963, с.177; 1960, с.43].

В современном чеченском Ю.Дешериев устанавливает «более 30-ти гласных фонем ...::], [а], [], [аь], [и:], [и], [е//э:], [е//э], [о], [о:], [о], []; [у:], [уь:], [уь]; [аи], [ау], [ий], [ие:], [ие], [ие], [еи], [ои], [оу], [уо:], [уо], [уоь:]; [уоь]; [уи]; [оьуь]; [уоу], [уои:], [уоьи], [иеи]» [Дешериев, 1963, с.176], в ингушском: «:], [а], [], [и:], [аь:], [аь], [е//э:], [е//э], [о:], [о], [], [у:], [у], [уь:], [уь], [аи], [ау], [ий], [ие:], [ие], [еи], [ои], [оу], [уо:], [уо], [уоь:], [уоь] ,[уи], [оа], [ов//оw], [ув//уw], [ив//иw]» [Дешериев, 1963, с.176-177], в бацбийском «монофтонги − [а], [о], [и], [и:], [е(э)], [у], ди­фтонги — [ие], [еи], [аи], [ои], [уи], носовые — [], [], [], [], [а], [о], [у[Дешериев 1963, с.177].

Как фонематические признаки гласных выделены долгота, краткость, открытость, закрытость, палатализация: «в чеченском языке всего 16 долгих и кратких монофтонгов. Из них долгих семь: :], [и:], [е:], [аь:], [о:], [у:], [уь:]; кратких девять: [], [], [а], [], [], [о], [у], [аь], [уь]» [Дешериев, 1963, с.219]. «К чеченским монофтонгам переднего ряда относятся [аь:], [аь], [уь:], [уь], [оь]» [Дешериев, 1963, с.180].

Назализованные гласные фонемы выделены только в бацбийском. В чеченском и ингушском, по мнению Ю.Дешериева, назальный характер гласного не является признаком фонема­тическим: «В бацбийском язы­ке есть носовые гласные вторичного происхождения. Их нет в чечен­ском и ингушском. Правда, в чеченском обнаруживается слегка уло­вимая тенденция назализации гласных в определенной позиции. Эта тенденция не привела к возникновению носовых гласных фонем» [Дешериев, 1963, с.176].

Открытость или закрытость гласного Ю.Дешериев квалифицирует как фонематический признак, и наряду с долгими  краткими закрытыми а, о выделяет в чеченском и краткие открытые .

«Долгая [а:] Краткая открытая []
[ ба:л(а) ]  бремя [ бл вишня
[ ма:х(а) ]  игла [ мх цена»
«Открытая [] Закрытая краткая [а]
[ гIш пешком [ гIаш листья
[ дхкарх о прибытии [ дахкарх об отелении
[ дхкан // дхка прибывать [ дахкан // дахка отелиться»
«[аь] []
даьлла  кончил [ длла богу
даьккхан  колотый, вынутый [ дккха колоть, вынуть
аьтта  покрошил, раздробил тта легкий (нетрудный)»
[Дешериев 1963, с.183].

Умлятизированные гласные в чеченском и ингушском Ю.Дешериев рассматривает как следствие процесса эпентезы гласных, развитию и расширению которого способствовало влияние тюркских языков: «Данные, на основании которых можно с научной достоверностью объ­яснить происхождение гласных фонем переднего ряда в чеченском и ингушскою языках, показывают, что указанные звуки образовались, во-первых, в результате дальнейшего развития таких исконного проис­хождения дифтонгических сочетаний, как [ои], [уи], [аи], [ае] и т.д.; во-вторых, развитию и расширению этого процесса способство­вало сильное влияние тюркских языков. 
Тенденция к гармонии гласных, проявляющаяся в чеченском и ин­гушском языках, не только продукт внутреннего развития, но и, по-видимому, результат влияния тюркских языков.» [Дешериев, 1963, с.180-181].

Положение о развитии в чеченском и ингушском умляути­зи­рованных гласных наглядно иллюстрируют приводимые в работе схемы образова­ния [аь], [аь:]:

[Дешериев, 1963, с.200].
[Дешериев, 1963, с.201].

Показан вторичный характер в чеченском и ингушском умляутизированных гласных, отсутствовавших в исходной системе нахских язы­ков (общенахском языке):

«1. В нахских языках представлен абляут палатальный и лаби-альный. Распространение абляута как бы прерывается с распадом нахского языка-основы. В период самостоятельного развития отдельных нахских языков на абляут наслаивается умляут (особенно в чеченском и ин­гушском).

2. Абляут (как и умляут) в нахских языках, очевидно, является результатом вставки конечного аффиксального гласного или сонантов [й] и [w] внутрь основы или влияния (регрессивной ассимиляции) указанных звуков на гласные именных и глагольных основ. Как нам представляется, умляут также продукт дальнейшего развертывания тех же тенденций (которые породили абляут) в новых условиях — в период обособленного развития отдельных нахских языков.

3. По-видимому, нахский язык-основа унаследовал от того языка-основы, к которому восходит первый, фонетический закон о том, что слово могло оканчиваться только на гласный звук или на сонант. Разрушение этого закона связано с образованием и распространением абляута...

4. Анализируемые процессы привели к перестройке и осложнению фонетической системы нахских языков, особенно чеченского и ингуш­ского языков: обусловленные метатезой, вставкой во внутрь корня конечного гласного, процессы дифтон­гизации и монофтонгизации спо­собствовали образованию в чеченском и ингушском языках кратких и долгих гласных фонем переднего ряда [аь], [аь:], [уь], [уь:] и др. Эти фонемы отсутствуют в бацбийском языке.» [Дешериев, 1963, с.368].

Ю.Дешериев выделяет в чеченском около двадцати дифтонгов и четыре трифтонга. Сонорные в и й в позиции после гласного квалифицированы элементом дифтонга или трифтонга: «Ни в одном из нахских языков так широко не используется у(w), как в чечен­ском, в качестве одного из двух элементов, составляющих ряд дифтонгов и трифтонгов: ау, оу, уо, уи, уоь, [уоь:], уоу, [уои:]» [Дешериев, 1963, с.178].

«Вторым звуком, имеющим двойственную природу и занимающим осо­бое место в фонетической системе чеченского языка, является (й). Данный звук так же, как и  у(w), способствовал образованию значи­тельного количества дифтонгов в чеченском языке: [аи], [ий], [ои], [уи] и трифтонгов [уои] и [иеи]» [Дешериев, 1963, с.180].

Возможны в чеченском, по мнению Ю.Дешериева, стечения гласных: «Из сочетаний гласных фонем чаще всего употребляются следу­ющие комплексы: два рядом стоящих кратких [аа] — даа [даъа] — «кушай, ешь!», хаа [хаъа] — «сядь!», лаа [лаъа] — «желай, пожелай!»; [ии] — дии [дии] — «покушал, поел», хии [хии] — «сел», лии [лии]  «пожелал»; [уу] — дуу [дуу] — «кушает, ест», луург — «желающий» // желаемый», хуург — «знающий // узнаваемый». Ограничимся перечис­лением возможных групп сочетаний гласных: [иа], [еа], [aьа], [оа], [уу], [оа], [иеа], [иеи], [еи], [уоа], [уоьа], [о:а]» [Дешериев, 1963, с.251].

Исходная система гласных нахских языков представляется Ю.Дешериеву в следующем виде: «в общенахском языке-основе в эпоху его распада были представлены следующие гласные: (а), (а:), (о), (е), (у), (и), (ии), (ау), (аи), (еи), (ои), (уи), (оу), из которых шесть являются монофтонгами, а семь дифтонгами.» [Дешериев, 1963, с.519].

Широко освещены в «Сравнительно-исторической грамма­тике...» [Дешериев, 1963] фонетические процессы гласных в нахских языках (в чеченском, ин­гушском, бацбийском): губная гармония, небная гармония, редукция, перестановка (эпентеза), выпадение, образование дифтонгов, моно­фтонгизация дифтонгов и др. Отдельно рассмотрены:
1) «Исторические чередования гласных именных и глагольных основ в нахских языках»; выделяются два вида исторических чередований гласных основ: древ­нее или первичное (нахский абляут) и вторичное (нахский умляут), каждый из которых подразделяется на несколько типов; 2) абляут и умляут типа германских в нахских языках.

Древнее или первичное чередование гласных (нахский абляут): «а) чередование гласных именных и глагольных основ, обусловленное вставкой внутрь основы конечного лабиализованного звука, б) чере­дования корневых гласных в именных основах, обусловленные обратным влиянием аффикса родительного падежа -ин, в) чередо­вания корне­вых гласных в глагольных основах, обусловленные обрат­ным влиянием аффикса только что прошедшего времени , г) чередование корне­вых гласных в глагольных основах при образовании однократного и многократного видов» [Дешериев, 1963, с.347]. Эти типы дают, по Дешериеву, абляут лабиаль­ный и абляут палатальный. «Лабиальный (губной) абляут обусловлен вставкой конечного лабиализованного звука внутрь основы. Конеч­ный лабиализованный — это лабиализованный согласный звук (типа дакIв) или лабиализованный гласный звук, представляющий собой окончание в формах имен и аффиксов настоящего времени в глагольных формах.

Палатальный (мягкий) абляут обусловлен вставкой аф­фиксального [и] из состава форманта род. п. ед. ч. [ин] в именных основах и аф­фикса только что прошедшего времени изъявит. накл. [и]» [Дешериев, 1963, с.347].

Вторичное чередование гласных (нахский умляут) возникло, по Дешериеву, после распада общенахского языка-основы. «Сюда относятся три первых типа первичного чередования, получившие дальнейшее раз­витие: а) чередование корневых гласных, обусловленное вставкой внутрь корня конечного лабиализованного звука, б) дальнейшее раз­витие чередований корневых гласных именных основ, обусловленных обратным влиянием аффикса род. п. [ин] в чеченском и ингушском языках; в) дальнейшее развитие чередований корневых гласных в глагольных основах, обусловленных обратным влиянием аффикса прош. только что времени [и]» [Дешериев, 1963, с.347].

  Д.Имнайшвили выделяет следующие гласные: В плоско­стном че­ченском: краткие (естественные) − 
неумля­ути­зированные 

, э, и, о, у; иэ, о; умляутизированные ; долгие — неумля­утизированные ,; и
 ();
умляутизированные ;  назализованные н, ин, эн, онон, иэн. В хилдихаройском так­же и ,
а вместо палатализованных ,
плоскост­ного чеченского − дифтонги wи, w, wиэ, wи.

В ингушском: «, э, и, о, , иэ, ио, , оа, уw, , а также назализованные гласные». В бацбийском: простые а, е, и, о, у, долгие , краткие ; на­зализованные ан, эн, он, ун, иннн,ннн.

Рассмотрены фонетические процессы: регрессивная асси­миля­ция (палатализация, лабиализация), прогрессивная ассимиляция (в хил­дихаройском), сужение, редукция, слияние, депалатализация (делаби­ализация) (в ингушском).

Гласные а, , у, , уо, у под влиянием палатальных гласных подвергаются следующим изменениям: в плоскостном чеченском: а → э () →  (), у → ,   , уо  у → ; в хилдихаройском:   э,  → (), у  wи (и) → w (), о (а wиэ,  () → ; в ингушском, в отличие от чеченского,  → э,  → .

В чеченском палатализацию вызывают гласные и, ин ( ), а в хилдихаройском и, ин, э, эн ( ). Лабиализацию в чеченском вызывают у, ун (→ ), а в хилдихаройском − у, ун, о, он( ).

В хилдихаройском лабиализации подвергаются гласные , иэ, и [ → о,   , (оа), иэ  ио, и → и]; в плоскостном чеченском − а, , и, , иэ, и [  о,  →  (оа),  и  ио → о, иэ  иэоэ  иэо]; в ингушском   → о,  → оа, и  ио  у.

Рассмотрены Д.Имнайшвили случаи сужения гласных под влиянием узкого гласного того же ряда: о ... у  у ... у  ... у   ... у; иэ ... и → и ... и; и ... и   ... ио ... и   ... и  ... и →  ... и, а также упрощения (делабиализации, депалатализации) гласных смешанного ряда:   и, ; ио  и,  je, j.

Д.Имнайшвили отмечает, что в чеченском и ингушском языках система гласных фонем первого слога (V1) отличается от системы V2, в первом случае представлена сложная система гласных, во втором — простая. Более древняя система V1 и V2 сохранена в макажойском говоре чеберлойского диалекта, где система V1 простая [a, , je (j), и, , wo (w), y,  ], V2 − сложная [а, е, и, о, у]. Система гласных V1, представленная в макажойском говоре чеберлойского диалекта, исторически восходит к более простой системе а, у, и, являющейся общей для всех языков нахской группы. 


    5 Мурад Гиреев, как и информаторы П.Услара Кеди Досов и Янгулбай Хасанов, уроженец селения Атаги.
    6 Объясняемые прежде всего практической направленностью исследований П.К.Услара на создание письменности на этих языках. (См. деятельность И.Бартоломея и КОИРГО).
    7 В качестве приложения к посмертному изданию работы П.К.Услара «Чеченский язык» (Тифлис, 1888) дан довольно вольный перевод на русский язык работы А.Шифнера «Tschetschenzische Studien» (St.-Peterbourg, 1864).Титульный лист к этому переводу представляет собой грубую подделку титульного листа работы А.Шифнера, не имеющую ничего общего с оригиналом:

«Приложение 1-е.
ЧЕЧЕНСКИЙ ЯЗЫК
(сочинение П.К.Услара в обработке Академика А.Шифнера)
Перевод с немецкого.

TSCHETSCHENZISCHE STUDIEN
von
A.Schiefner,
Mitglide der Akademie.
Gelesen den 16 Oktober 1863.
St.-Petersbourg, 1864.
(Memoires de l’Akademie Imperiale des sciences de St.-Ptersbourg,VII-e serie. T. VII, № 5).»

    8 Единственный сохранившийся экземпляр этого букваря обнаружен в 1976 году в архиве Г.Шухарта, хранящемся в библиотеке университета г. Грац (Австрия). Факсимильное издание букваря см.: Ежегодник ИКЯ, VI. Тбилиси, 1979. 
    9 По мнению Н.Яковлева, в ингушской форме оал корневой гласный основы сохранил более древний дифтонгоидный характер.