3.6. Последовательность сложения систем именных классов восточнокавказских языков

Последовательность сложения систем именных классов восточнокавказских языков, сохранение ими преемственности с предшествующими системами и их взаимоотношение между собой можно представить в следующем виде.

Системы, общие в истории именых классов восточнокавказских языков

Первый (I) период: [кто?] — носители функций управления
                              [что?] — все остальное

    Система именных классов I.1 «класс v» — «класс r/d»
«класс v» — носители всеобщих функций управления: божества
«класс r/d» — все остальное

    Система именных классов I.2 «класс v» — «класс r/d»
«класс v» — верховные носители функций управления: божества,
                   верховные служители культов божеств,
                   носители верховной светской власти,
«класс r/d» — все остальное

    Система именных классов I.3 «класс v» — «класс r/d»
«класс v» — носители функций управления: божества,
                   верховные служители культов божеств,
                   носители верховной светской власти,
                   владеющие богатством
«класс r/d» — все остальное

Второй (II) период: [кто?] — человек в социальном его пониманнии:
                                             представители привилегированных сословий

    Система именных классов II.1 «класс v» — «класс r/d»
«класс v» — мужчины привилегированных сословий,
                   отдельные мифологические персонажи
«класс r/d» — все остальное:
                      женщины привилегированных сословий [кто?],
                      всё относящееся к [что?]

    Система именных классов II.2 «класс v» — «класс b» — «класс r/d»
«класс v» — мужчины привилегированных сословий,
                   отдельные мифологические персонажи
«класс b» — женщины привилегированных сословий [кто?]
«класс r/d» — всё относящееся к [что?]

    Система именных классов II.2.1 «класс v» — «класс b» — «класс r/d»
«класс v» — мужчины привилегированных сословий,
                   отдельные мифологические персонажи
«класс b» — женщины привилегированных сословий [кто?],
                    культовые объекты предрелигии [что?]
«класс r/d» — относящееся к [что?]

Третий (III) период — человек как живое существо [кто?, что?]

    Система именных классов III.1 «класс v» — «класс b» — «класс r/d»
«класс v» — [мужчины],
                   отдельные мифологические персонажи [кто?]
«класс b» — женщины [кто?],
                    культовые объекты предрелигии [что?]
«класс r/d» — женщины [что?], 
                      относящееся к [что?]

Четвертый (IV) период: [кто?] — «человек как социальное живое существо»

    Система именных классов IV.1 «класс v» — «класс b» — «класс r/d»
«класс v» — [мужчины],
                   отдельные мифологические персонажи [кто?]
«класс b» — женщины [кто?],
                    живые существа, неживая природа, представлявшие культы предрелигии
«класс r/d» — названия женщины [кто?], 
                      живые существа, неживая природа [что?].

Системы, не общиев истории именых классов восточнокавказских языков 

Системы именных классов IVпериода на северо-западе Северо-Восточного Кавказа
с морфологическим разделением для единственного и множественного числа

Изменения в системах именных классов IV.3 на северо-западе Северо-Восточного Кавказа

А. В связи с унификацией классификатором имен [что?] b-


Б.В связи с попыткой представить имена [что?] в морфологическом разделении
множественного числа названиями [мужчины] и названиями [женщины]

В. В связи с унификацией классификаторов имен 
[что?] d-

Г. В связи с унификацией классификатором имен
[что? j-

 Таким образом, предположение, что зарождение разделения на [кто?] и  [что?] было связано с представлениями о божествах — мировоззренческих представлениях в форме религии, сформировавшихся в обществе с отношениями господства—подчинения, выделившимися функциями управления и определившимися носителями этих функций (основанное на мнении А. Дирра, что «грамматические классы (роды) были первоначально сословными классами (Rangklassen) и из них впоследствии образовались классы (роды) для обозначения существ мужского и женского пола», и на существовании строгого регламента в организациях «с классом v» на классификатор при названиях [мужчины]), — позволило предложить последовательное и аргументированное видение системы и истории именных классов восточнокавказских языков, объясняющее обусловленность содержания разделения имен на «классы» культурным развитием их носителей.

Генеральное в разделении на «классы» — понимание содержания [кто?]. Относилось [кто?] первоначально к божествам — носителям всеобщих функций управления. Трансформация исходного содержания в общекультурное «человек как социальное живое существо» представляется в такой последовательности:

 «божества: носители всеобщих функций управления»;
 «носители верховных функций управления:
            божества,
            верховные служители культов божеств,
            носители верховной светской власти»;
 «носители функций управления: владеющие богатством»;
 «человек в социальном его понимании»;
 «человек как живое существо»;
 «человек как социальное живое существо».       

В соответствии с пониманием реализуемого в именных классах содержания [кто?] в истории становления их систем выделяется четыре периода.

I период: [кто?] — носители функций управления. Объединяет содержание [кто?] от «божества: носители всеобщих функций управления» до « носители функций управления: владеющие богатством». Морфологическое разделение первого периода — двухклассная организация «класс v» — «класс r/d»:
    «класс v» — имена [кто?], 
    «класс r/d» — имена [что?].

Изменения в содержании [кто?] реализуются в морфологическом разделении в пределах этой двухклассной организации пока содержание [кто?] расширяется распространением на «носители функций управления (мужчины)». С распространением [кто?] на «женщин привилегированных сословий» нарушается соответствие морфологического разделения пониманию содержания семасиологического разделения:

[кто?] —  «мужчины привилегированных сословий» — «класс v»
 «женщины привилегированных сословий» — «класс r/d»
[что?] —  «все остальное»

 II период: [кто?] — «человек в его социальном понимании». Это все представители привилегированных сословий. В морфологическое разделение введен для названий «человек в его социальном понимании» классификатор b-, что должно было способствовать восстановлению его соответствия содержанию семасиологического разделения. Использовали же классификатор b- только при названиях «женщины привилегированных сословий» [кто?]. При названиях «мужчины привилегированных сословий» [кто?] сохранили классификатор v-. Морфологическое разделение превратилось в трехклассную «класс v» — «класс b» — «класс r/d» организацию:

[кто?] — «человек в его
социальном понимании»
 —  «мужчины привилегированных сословий» — «класс v»
«женщины привилегированных сословий» — «класс b»
[что?] — «все остальное» — «класс r/d»

Изменения в именных классах I-го и II-го периодов отражают поступательный характер развития и достижение уровня раннеклассового общества. В исходе II-го периода в именных классах появляются признаки, отражающие снижение уровня культурного развития: возврат к культам предрелигии, снижение общественного статуса «женщины привилегированных сословий».

III период: [кто?] — «человек как живое существо» представляет общество I-го и II-го периодов бесклассовым, на низком уровне культурного развития. Единственная система именных классов этого периода — реинтерпретация системы IV.2.1 обществом на более низком уровне культурного и социального развития. Отражает она регресс и застой в развитии.

IV период: [кто?] — «человек как социальное живое существо». Социальная оценка генерального в именных классах сменяется его цивилизованным пониманием и больше не меняется. Отражает это подъем общего уровня культурного развития.

Система именных классов начала четвертого периода еще остается общей в истории именных классов всех восточнокавказских языков. В последующем количество систем, различающихся между собой морфологическим разделением при неизменном содержании семасиологического разделения, постепенно увеличивается.

Соотносимость различий в морфологическом разделении систем именных классов четвертого периода с морфологическим разделением систем именных классов групп или отдельных восточнокавказских языков и географическим расположением последних на территории Северо-Восточного Кавказа допускает квалификацию их отражением этноязыковой дробности его автохтонного населения.

Уже система IV.2 на северо-западе Северо-Восточного Кавказа отличается от системы IV.2 на его юго-востоке. Распространение [кто?] на женщин вообще и невозможность представления их тем же классификатором, что и названия [мужчины], привело к необходимости представить их отдельным «классом». На северо-западе и юго-востоке Северо-Восточного Кавказа осуществлено это по-разному. На северо-западе введением для названий [женщины] классификатора j- (система IV.2). На юго-востоке использованием вариантов классификатора r/d- (система IV.2').

На северо-западе морфологическое разделение системы именных классов теперь четырехклассная организация: два класса имен [кто?] и два класса имен [что?], не мотивированных содержанием семасиологического разделения.

Первая половина IV-го периода завершается сложением систем с отдельными организациями морфологического разделения в единственном и множественном числе (системы IV.3). Отражают они дробность автохтонного населения Северо-Восточного Кавказа, а организации множественного числа практически восстановленную их метакультурную общность.

Последующие изменения в морфологическом разделении этих систем — следствие попыток привести его в логически последовательное и общее для обоих чисел состояние. Их результаты — многообразие организаций разделения имен на «классы» восточнокавказских языков, представленных отдельными группами.

Показания I-го (системы I.1, I.2, I.3), II-го (системы II.1,II.2, II.2.1) и IV-го (системы IV.1, IV.2, IV.3) периодов становления систем именных классов восточнокавказских языков представляют два периода развития Северо-Восточного Кавказа как культурной общности, разделенных III-м (система III.1) периодом регресса и застоя в культурном развитии. I-й (системы I.1, I.2, I.3), II-й (системы II.1,II.2, II.2.1), III-й (система III.1) и начало IV-го (система IV.1) периода выступают общими в становлении систем именных классов восточнокавказских языков, что может быть квалифицировано отражением языкового единства на Северо-восточном Кавказе (восточнокавказского праязыка), а нарастание расхождений в морфологическом разделении систем именных классов в IV-м периоде — отражением дифференциации восточнокавказского языкового единства на восточнокавказские языки, что удовлетворяет гипотезе о генетическом родстве между восточнокавказскими (нахско-дагестанскими) языками (происхождения их от одного праязыка), если не принимать в расчет того факта, что в именных классах отражено культурное развитие. Общность культурная не предполагает обязательной общность этническую (языковую), хотя и не исключает ее.

Это обстоятельство делает недостаточными общности в языках без учета их происхождения для выводов о взаимоотношении языков. Проблема взаимоотношения языков — один из частных аспектов в решении общей проблемы этногенеза их носителей. Объективность показаний разных научных дисциплин в комплексном решении проблемы этногенеза может быть апробирована соответствием их результатов. Так, например, объективность обобщений результатов исследования именных классов восточнокавказских языков предполагает их соответствие результатам исследования культурно-исторического развития Северо-Восточного Кавказа. При этом должна быть исключена ориентированность выводов научных дисциплин друг на друга.